Подольск   Подольск и окрестности. Подольск «На берегах Пахры»
Здесь французы испустили дух.

-вот место, где гордость хищников пала пред неустрашимостью сынов Отечества." - сказал главнокомандующий русской армией Михаил Илларионович Кутузов, оценивая роль земли подольской в Отечественной войне 1812 года.

После Бородинского сражения, стоявшая насмерть и непобежденная русская армия 2(14) сентября 1812 года, сохраняя строгий порядок, оставляла Москву. По дороге двигались войска, а рядом с ними шли, ехали в повозках и каретах москвичи, покидающие столицу. Из двухсот тысяч жителей тогдашней Москвы в городе осталось около десяти тысяч немощных или ярых защитников города. Выехали почти все дворяне, задержались лишь некоторые купцы надеявшиеся на мирный торг и пытавшиеся уберечь свой товар от грабежа. Остались в "первопрестольной" низшее духовенство, часть дворовых и бедный люд, да тати, желавшие поживиться чужим добром..

Наполеон так и не дождался на Поклонной горе депутации именитых людей с ключами от города. Его, не оправившаяся после Бородина, армия начала занимать опустевший город, вступая тремя колоннами. Первая колонна перешла Москву-реку у Воробьевых гор. Вторая, перейдя реку в Филях, шла через Тверскую заставу. Третья вступила в Москву через Дорогомиловский мост. Пока французы грабили и пили, Москва разгоралась огнем великого пожара, дым которого скрыл отход русской армии, которая вышла им во фланг, прикрыв еще не разоренные южные губернии.

М.И.Кутузов писал: "Я намерен сделать завтра переход по Рязанской дороге, далее вторым переходом выйти на Тульскую, а оттуда на Калужскую дорогу на Подольск- Сие приведет меня в состоянии защищать город Тулу, где хранится важнейший оружейный завод, и Брянск, в котором столь же важный литейный двор, и прикрывает мне все ресурсы, в обильнейших наших губерниях заготовленные-" - провиант, оружие, теплая одежда и все то, без чего страдала ослабевшая, голодная и холодная армия Наполеона.

Никто в русской армии, кроме корпусных командиров не знал маршрут движения. Столь строгая секретность должна была повергнуть в смятение Наполеона, и дать время Кутузову подготовить армия к достойному отпору неприятелю и началу его изгнания из России. Оставив Москву, русская армия по Рязанской дороге дошла до Москвы-реки, перешла ее на Боровском перевозе при впадении Пахры, на правый берег и повернула на запад к Подольску. Стремительным маршем прошла деревни и села: Жуково, Константиново, Плетениху, Новлянское, Колычево, Похрино, Старый Ям. 5 сентября армия двинулась через Заболотье и Борисоглебское и вступила в Подольск.

Наполеон, "потеряв" русскую армию, направили на ее поиски к Подольску корпус Понятовского, корпус Бессьера - по Калужской дороге, а Мюрат продолжал преследовать посланный для отвода глаз казачий корпус до Бронниц.

М.И. Кутузов рапортовал 6 сентября из Подольска Александру I о скрытом ночном, форсированном марше армии и арьергарда "фланговою дорогою к Подольску.., оставя часть казаков для фальшивого их движения на Коломну". 6 - 7 сентября главная квартира находилась в Подольске, в Кутузове. Русская армия двинулась в сторону Красной Пахры, Кутузов понимал, что французы долго в Москве не продержаться, ибо война продолжалась. Главной его задачей было перекрыть дорогу на Калугу.

Таким образом роздых французов в столице России не пошел им на пользу. Русская же армия изготовилась к решительному отпору захватчиков на земле наших предков.

В 5 часов утра 8 сентября русская армия начала покидать Подольск двумя колоннами. Две кавалерийские дивизии и три пехотных корпуса, под командой 56-ти летнего генерала от инфантерии Дмитрия Сергеевича Дохтурова, двинулись флангом через Дубровицы, Луковню, Власьево, Пыхчево. Две кирасирские дивизии, два пехотных корпуса и вся резервная артиллерия, под командой генерал-лейтенанта князя Голицына, вышли через Фетищево, Ознобишино, Песье, Софьино к Красной Пахре. Арьергард сорокалетнего генерала от инфантерии князя Михаила Андреевича Милорадовича левым флангом с Серпуховской дороги, через Остафьево подошел к деревне Десна и занял там позиции. В Подольске было оставлено прикрытие, под командой сорокалетнего героя Бородинского сражения, двоюродного брата Дениса Давыдова генерал-лейтенанта от кавалерии Николая Николаевича Раевского, 7-ого пехотного корпуса и кавалерийской дивизии, среди которой находились знаменитые Ахтырские гусары.

Уже 9 сентября армия Кутузова заняла оборонительные позиции в районе Красной Пахры. Шесть пехотных корпусов и две кирасирские дивизии разместились между селами Красное, Софьино, Колотилово, Страдань. На возвышенности между Софьиным и Колотиловым была поставлена батарея, контролировавшая дороги из Москвы и Подольска. Этот лагерь защищался арьергардами: один М.А. Милорадовича у деревни Десна на дороге из Москвы, другой Н.Н. Раевского у села Поливанова. 4-й пехотный корпус генерал-лейтенанта графа А.И. Остермана-Толстого занял позицию между Песьем и Александровым (Щаповом). Штаб корпуса располагался в последнем, в доме Грушецких.

Первый бой произошел у деревни Десна. Арьергард М.А. Милорадовича преградил дорогу Бессьеру, двигающемуся из Москвы. Русские храбро отбивали атаки, но село сгорело. К этому времени корпус Понятовского и отряды подоспевшего Мюрата соединились у Подольска и, вступив в бой с войсками Н.Н. Раевским, стали теснить их в сторону Дубровиц и Ознобишино. Французы стремились выйти к деревне Чириково на калужской дороге, чтобы зайти в тыл основной русской армии у Красной Пахры.

Заняв Подольск, французская армия нанесла значительный урон городу и его жителям. Много домов было сожжено и разграблено. Был уничтожен плавучий мост через Пахру.

Пострадали и уездные деревни, села, усадьбы и имения. По мере продвижения французов по окрестностям Подольска, они сжигали и разрушали в злом отчаянии все, что могли. Пострадали и знаменитые Дубровицы. Полностью были сожжены принадлежавшие М.А. Дмитриеву-Мамонову деревни: Тарасово, Рыбино, Симаково, Лемешево, Беляево. Наверное французы мстили графу М.А. Дмитриеву-Мамонову за его активное участие в военных событиях. Именно Матвей Александрович, одним из первых после вторжения Наполеона в Россию, подал письмо Александру с готовностью вносить свой годовой доход в пользу государства на весь период войны. Император же предложил ему сформировать на свои средства конный полк, куда разрешил набирать годных дворовых крестьян и вербовать вольнонаемных из дворян. Этому отряду было присвоено гордое название "Московский казачий графа Дмитриева-Мамонова полк". Полк имел собственное обмундирование и цвета. "Мамоновцы", как их называли носили синий чекмень с голубыми обшлагами, головным убором служил кивер, обтянутый медвежьим мехом с высоким султаном. Каждый казак имел две смены одежды и "неимоверное количество белья, часть которого была оставлена на месте, так как невозможно было полку взять его с собой".

Мамоновский полк принял участие в Бородинской битве, затем в боях на подольской земле, под Тарутином и Малоярославцем. Тогда М.А. Дмитриев-Мамонов заслужил золотую саблю с надписью "За храбрость". В полку графа служили такие известные россияне, как земляк Мамонова князь П.А. Вяземский и друг, поэт В.А. Жуковский.

М.И. Кутузов подтянул арьергарды к главной квартире, расположенной в доме Салтыкова села Красного. М.А. Милорадович подошел к Ватутинкам, а Н. Н Раевский закрепился в Поливанове, где произошла стычка с противником. К нему была направлена часть корпуса А.И. Остермана-Толстого в подкрепление, который в это время ( 14 сентября) располагался в лесах около деревни Немчиново. Его форпосты за селом Александровым наблюдали передвижения в лагере Понятовского и Мюрата в Ознобишине. В свою очередь корпус А.И. Остермана-Толстого был усилен отрядом генерала Ивана Федоровича Паскевича, который 14 сентября сосредоточился с полками своей 26-й дивизии в Сатино-Татарском.

Все эти перемещения и маневры делались для того, чтобы защитить тылы русской армии и дать ей перегруппироваться перед решающими боями.

Простояв в Красной Пахре пять суток, русская армия двинулась по Калужской дороге на юг. Первый переход, до деревни Бабенки составил 15 верст. Главная квартира расположилась в деревне Моче, вотчине Кутузовых, в 1,5 км южнее Бабенок. Здесь армия простояла три дня вдоль Калужской дороги.

Отряды прикрытия, шедшие от Сатино-Татарского, 17 сентября подошли к Чирикову на Калужской дороге, а на следующий день вступили в бой с корпусами Мюрата, Понятовского и Бессьера. После Бородина это было первым крупным сражением. Особенно отличились местные крестьяне - ополченцы, которые находились в арьергарде М.А. Милорадовича. По словам очевидцев, они мужественно ходили в штыковые атаки и выгнали неприятеля из деревни. Были взяты в плен генерал Ферье и адъютант Понятовского граф Потоцкий. После этого боя М.А. Милорадович отступил, сохраняя боевые порядки и сдерживая французов, к деревне Голохвастово.

Главные силы русской армии свернули лагерь у Бабенок 19 сентября и направилась к Тарутину. По пути следования они пополнились 8000 казаками, и 20 сентября был разбит основной лагерь под Тарутином, прикрыв сверху три дороги, ведущие из Москвы в Калугу, Малоярославец, Брянск.

Арьергард М.А. Милорадовича и пехотный корпус А.И. Остермана-Толстого продолжали сдерживать французов, ведя ожесточенные непрерывные бои 20 - 21 сентября у села Спас-Купля, выполняя приказ Кутузова не допустить французов к Тарутину, где главные силы готовились к контрнаступлению. На четвертый день изматывающих боев, Мюрат понял, что русские стоят на смерть и, прекратив атаки, отвел свои войска для переформирования к деревне Веньково, разместив штаб в Воронове в имении графа Ростопчина. Бессьер встал в Красной Пахре.

В таком относительном спокойствии стороны оставались до 6 октября, когда на речке Чернишне русская армия нанесла значительное поражение французам. С наступлением рассвета казаки Орлова-Денисова атаковали кирасирскую дивизию Себастиани. Казаки вышли к дороге на Спас-Куплю. Французы ударили с левого фланга, но после тяжелого напряженного боя были сломлены и отброшены русским егерями. В большом беспорядке французы, бросая повозки и артиллерию, отошли к Воронову. Потери их составили до двух с половиной тысяч убитыми и полторы тысячи пленными, в том числе генерал Дери. Был захвачен почетный штандарт 1-го кирасирского полка и обоз Неаполитанского короля. Французы оставили на поле боя 38 орудий с боеприпасами.

Особое значение в ослаблении французской армии играли партизанские отряды, задача которых сводилась к физическому истреблению захватчиков, разгрому штабов, захвату фельдъегерей, уничтожению фуражиров и мародеров, что изматывало французов и воодушевляло сердца русских солдат и хлебопашцев, считавших за большую честь воевать в партизанах и желавших быстрее освободить землю от иноземцев.

Во время движения армии к Тарутину Кутузов распорядился оставлять небольшие конные разъезды, они действовали совместно с отрядами вооруженных крестьян. Умение и опыт военных, смекалка и знание местности крестьянами, внезапность и мобильность партизанских отрядов сделало их страшным и неуязвимым противником для солдат Наполеона. М.И. Кутузов активно помогал всем видам партизанского движения и руководил им, согласую действия партизан с целями русской армии. 23 сентября в Тарутине Кутузов написал наставление "Как партизану действовать". Это был первый опыт партизанской или "малой" войны, как ее называл сам Кутузов в донесениях Александру

Подводя итоги партизанских действий, М.И. Кутузов писал, что противник со 2 по 21 сентября не предпринимал серьезных военных действий, а партизаны его беспрерывно беспокоили и только в плен взяли более 5000 человек. А М.А. Милорадович отмечал в это же время: "Вооруженные мужики истребляют врагов без пощады. Один староста в Красной Пахре собрал 3000 конных мужиков и защищал свою слободу с таким успехом, что я наградил его Георгиевским крестом 5-го класса. Вчера привели ко мне мужиков из Каменки - Я им роздал ружья, взятые у неприятеля. За этими ружьями со всех сторон приходят ко мне мужики. Сии почтенные русские патриоты столь ожесточены против французов, что покупают оружие у казаков за дорогую цену."

Крестьяне создали ту обстановку, в которой были возможны рейды отрядов Д. А Давыдова, А.Н. Сеславина, А.С. Фигнера. Они действовали то по врозь, то объединялись для совместных рейдов. На Подольской земле действовал отряд под руководством 25-ти летнего артиллерийского капитана Александра Самойловича Фигнера потомка древней немецкой фамилии, поселившейся в России еще при Петре. А.С.Фигнер писал в своих донесениях: "Армия неприятельская стоит в 15 верстах от Воронова. Здесь стоят два пехотных полка, которые могут быть в два часа истреблены отрядом ген. Дорохова и моим. За истребление ручаюсь головой. Французы терпят крайний недостаток в хлебе, который ищут с величайшей дерзостью. Вчера в четверть часа я лишил их сорока отменных артиллеристов и двух офицеров. -135 солдат и 5 офицеров убиты и один офицер взят в плен в с. Панкове, где неприятель в числе 300 человек прикрывал заготовление провианта - немолотого зерна и 3000 четвертей муки. Все сожжено вместе с мельницей, равно как и много фуража и ржи в окраинных деревнях.

В Плескове А.С. Фигнер уничтожил изготовленные вражескими фуражирами запасы муки и захватил в плен дерзких французов, разорявших русские деревни и села. О его дерзких похождениях ходили легенды. В совершенстве владея французским, польским, немецким, итальянским, он переодевался в неприятельскую форму и без страха направлялся в места, занятые французами, объявлялся на биваках или во вражеских маршевых колоннах и, добыв нужные сведения, возвращался к своему отряду. Однажды он переоделся в крестьянское платье и проник в Москву. Он хотел убить Наполеона, но ему не удалось пробраться в Кремль. М.И. Кутузов говорил о Фигнере: "Это человек необыкновенный; я этакой высокой души еще не видал: он фанатик в храбрости и патриотизме, и бог знает, чего он не предпримет". В 1813 году он будет удостоен звания полковника.

Действовали в Подольском уезде и другие отряды. Так, полковник князь Кудашев, имея в отряде 300 человек, 28 сентября напал в селе Никольском на отряд фуражиров численностью 2500 человек и обратил их в бегство, взяв в плен 200, среди убитых был генерал Бовье. Капитан Кожухов, адъютант Кудашева, с 80-ю казаками напал на французов у сельца Песье, отбил 12 повозок, захватил в плен 40 кавалеристов, в том числе капитана Лавилона.

Отряд хорунжего Басова напал на французов за Чириковым и взял в плен 20 солдат. А казаки полковника Балабина под Климовкой уничтожили до 200 французских кавалеристов солдат и офицеров.

Все попытки французов добыть продовольствие и фураж пресекались действиями партизан. Им оставалось только есть конину и варить похлебку из немолотого зерна. Партизаны истребляли живую силу противника, защищали население от грабежей, освобождали пленных. "Дубина народной войны", по выражению Л. Н. Толстого, "поднялась со всей своею грозною силой поднималась, опускалась и гвоздила французов до тех пор, пока не погибло все нашествие".

Обойдя заслоны русских в Подольском уезде, французы 12 октября вышли к Малому Ярославцу. Обессилившим французам было нанесен особо сильный урон. Наполеон отдал приказ отступить. То есть начался фактический исход захватчиков из России. Русской армия закрыла для Бонапарта путь на Калугу и южные области и заставила его повернула на Боровск, Гжатск, Смоленск, старую дорогу на запад, разоренную им же самим Смоленскую округу, что и предопределило гибель французской армии.

Не малый вклад внесли жители Подольска и окрестностей в праведное дело освобождения Отечества от захватчиков. В честь победы в Отечественной войне 1812 года, в память убиенных и искалеченных, подольчане на свои средства возвели в 1819-1832гг. храм во имя Святой Живоначальной Троицы. Через сто лет благодарные потомки и наследники славных побед своих земляков 1 октября 1912 года напротив Святого собора торжественно открыли памятник героям Отечественной войне, который был варварски переделан в памятник теоретику пролетарской революции Карлу Марксу, бюст которого сковывали чугунные цепи, разорванные крепостными крестьянами в войне за свободу Отечества. Он был восстановлен в 1992 году к празднованию дня города.

Прошло почти двести лет с тех времен, но до сих пор в подольской земле попадаются ядра пушек Отечественной войны, ходят легенды и предания о сокровищах, спрятанных отступавшими французами. И кто теперь знает, где могилы русских солдат, павших на нашей земле.